Российский военный эксперт — BaltNews.lv: НАТО ведет себя высокомерно, а Прибалтика нам не нужна

Top-bit

В конце минувшей недели завершились тренировочные ракетные пуски, которые производили корабли Балтийского флота РФ. BaltNews.lv поинтересовался у российского военного эксперта, журналиста Виктор Литовкина — что же они там сбивали? А также поговорили о военных приготовлениях России и НАТО, касающихся Прибалтийского региона.

— С 4 по 6 апреля в Балтийском море проходили тренировочные пуски российских ракет. Некоторые политики назвали такие действия провокационными. Нельзя ли было провести ракетные пуски в другом месте, чтобы соседи не тревожились? Что и зачем там запускали?

©

izvestia.ru

Виктор Литовкин.

— Балтийское море очень маленькое, тесное. Проводить пуски ракет, не задевая чьи-то экономические зоны, очень сложно. Поэтому Россия предупредила заранее все страны, в чьих экономических зонах могли проходить учения.

Это были учения ПВО. Российские моряки при помощи комплекса «Кинжал» и другими корабельными комплексами уничтожали воздушные цели, которые по сценарию учений пикировали на российскую корабельную группировку. Проводили еще и артиллерийские стрельбы. Все было в пределах обозначенных сценариев, государства были заранее проинформированы. Все происходило с соблюдением всех норм безопасности.

А что касается негативного информационного фона, так это понятно: когда НАТО проводит учения с такими же стрельбами, то это правильно, а когда проводит Россия — это неправильно.

Но мы уже привыкли к таким вещам и не обращаем внимание. Потому что натовское высокомерие и высокомерие отдельных государств, которые входят в НАТО и приписывают себе права Юпитера — то, что позволено Юпитеру, не позволено быку — мы игнорируем. Россия — это не бык, а Россия.

— В НАТО анонсировали крупнейшие учения в октябре недалеко от границ России. Будет ли Россия каким-то образом на это реагировать, проводить в связи с этим какие-то особые мероприятия?

— Мы давно знаем об этих учениях и ничего делать не собираемся. Ну, будем, конечно, следить за ними, контролировать их. Но никаких действий в пику этим учениям мы проводить не собираемся. У нас есть плановые регулярные учения в Северном море, в Баренцевом море, на полигонах боевой подготовки нашего Северного флота.

Кстати, норвежский разведывательный корабль «Марьята» следит за этими нашими учениями. Уже четвертый корабль сменился — на протяжении 70-ти лет это происходит. Туда подходят американские подводные лодки. Английские подводные лодки тоже следят за тем, что там происходит. Мы знаем об этом, но мы не нервничаем.

— Месяц назад большой резонанс в мире вызвал рассказ Владимира Путина о новых системах вооружения России. Меняет ли это что-то концептуально в военном отношении для Балтийского региона?

— Ничего не меняет. Путин рассказывал о стратегических вооружениях, которые позволят обнулить американскую систему противоракетной обороны, элементы которой находятся в Польше, Румынии, Великобритании, Германии… Но балтийским государствам американцы пока не навязали свои системы противовоздушной обороны «Пэтриот ПАК-3», потому что денег у этих стран на эти системы нет.

А стратегический «Сармат», гиперзвуковой «Кинжал» или крылатая ракета с малогабаритным ядерным двигателем — никак не угрожают Прибалтике. Смысла нет.

— В конце марта в солидном американском издании появилась очередная публикация о рисках возникновения конфликта между Россией и НАТО, притом — именно в Прибалтике.

— Мне до сих пор таки не удалось услышать ни от одного из балтийских политиков ответа на вопрос: зачем России нападать на страны Балтии? Что мы там забыли? Чем мы можем обогатиться в этих странах, из которых уезжает население? Я до сих пор этого не пойму.

— Возможно, для того, чтобы предотвратить угрозу, которая может происходить с территории Балтийских стран? Что-то упредить, чтобы что-то не было размещено?

— Ну и что? Если на территории Балтийских стран будет размещено что-то, что может атаковать Россию, мы всегда дадим отпор. А если будет очень уж сложно, то мы можем применить ядерное оружие. Потому что согласно нашей доктрине, если на нас нападет государство или группа государств, обладающая ядерным оружием, мы можем применить ядерное оружие. В нашей доктрине это записано.

Но я не уверен, что НАТО нападет на Россию. А Россия тем более на НАТО нападать не собирается. Мы никому не угрожаем. Это страны НАТО нападали на Югославию, натовские самолеты бомбили Ливию, натовские части и подразделения во главе с США дважды нападали на Ирак. НАТО — незваный гость, даже оккупант в Сирии. НАТО — незваный гость и оккупант в Афганистане.

— Время от времени доводится слышать о необходимости защиты «сувалкского коридора», который, если его перерезать, лишит возможности оказать помощь Балтийским странам со стороны «большой» Европы. Каков сегодня военный потенциал Калининградской области?

— Про «сувалкский коридор» мы слышим каждый раз, когда проходят российско-белорусские учения. Мы, мол, хотим его перерезать. Во-первых, это лесистая местность и зачем нам забираться в лес, через который не может пройти никакая техника?

— Так там ведь через какое-то время железную дорогу европейской колеи проложат — Rail Baltica…

— В любом случае нам туда идти нет смысла. Современные средства позволяют нанести удар по вражеским группировкам, не захватывая какие-то коридоры. Это не времена Второй или даже Первой мировой войны. Сегодня совершенно другие виды боевых действий, которые не требуют захвата тех или иных территорий. В том числе — «сувалкского коридора».

Еще раз повторю: мы никого не собираемся захватывать — ни Польшу, ни Литву, ни Латвию, ни Эстонию. Что касается Калининградской области, то мы ее способны обеспечить по воздуху или через Балтийское море всем необходимым. А если ее попытаются заблокировать, то мы, конечно, предпримем определенные усилия для ее разблокирования. Но не через «сувалкский коридор» — слишком много забот.

— Что вы можете сказать о том опыте, который российская армия получила и продолжает получать в Сирии?

— Опыт очень объемный и интересный. Мы показали, что смогли разгромить крупнейшее террористическое образование, которое называлось ИГИЛ. Мы знаем, что мы можем помочь сирийской армии своими инструкторами и советниками воспрянуть духом и из развалившейся армии стать действительно боеспособными соединениями и объединениями.

Мы знаем, что можем противостоять Соединенным Штатам на Средиземном море. Мы получили две замечательные базы, контролируем Восточное Средиземноморье, проливы Дарданеллы и Босфор, Мраморное море, имея эти базы.

Сирию прошли все командиры, начиная от командиров полков и командиров бригад, которые получили опыт реальных боевых действий. Наши летчики получили реальный боевой опыт.

Конечно, надо понимать, что операция российских ВКС в Сирии — это не ведение полноценной современной войны. Игиловцы не имели современных средств противовоздушной обороны, не считая переносных зенитных ракетных комплексов. Поэтому мы достаточно свободно чувствовали себя в сирийском небе.

Напомню, что мы испытали высокоточное оружие дальнего радиуса действия — такое, как «Калибры». Это важно не только с политической точки зрения, а с военной точки зрения — наносить удары с Каспийского моря, с территории Средиземного моря, с подводных лодок, надводных кораблей. То же можно сказать и о дальней авиации. Так что это важный и объемный опыт, который получен в определенной среде, климате, очень неблагоприятном для европейского военнослужащего.

Я уж не говорю о том, что потребовалось обеспечить нашу группировку в Сирии определенным количеством продуктов, боеприпасов, запчастей и т.д., создать комфортные условия для проживания личного состава, который входил в группировку. Можете представить себе две цифры: миллион тонн продовольствия и боеприпасов были доставлены на территорию Сирии.

Притом это было сделано заблаговременно — до того, как начались боевые действия. И никто из натовцев, из американцев, которые якобы контролирует Средиземное море, не заметил этих огромных перевозок, этих действий по обустройству базы «Хмеймим». Мы сумели перебросить системы обеспечения незаметно для вероятного противника.

— Теперь этот опыт может пригодиться не только в сухом климате, но также в болотистых и лесистых местностях?

— Не знаю, мы же проводим учения в Западном округе, проводим на севере, на юге. Мы проводим учения на востоке. Вот, ближайшее учение будет «Восток — 2018» — это как раз болота, тайга. И приморское направление — океан, ветра суровые… Учимся воевать на любой местности, в любое время года и при любой погоде.

— В феврале 2016 года Минобороны РФ сообщило о формировании 1-й гвардейской танковой армии в Западном военном округе. Что уже сделано? Против кого готовится этот «бронированный кулак»?

— Словосочетание «бронированный кулак» не совсем подходит. 1-я танковая армия — это не одни сплошные танки. В танковой армии, как правило, есть танковая бригада и три мотострелковые бригады. Понятно, что раз в Западном округе находится, значит, направлен на защиту западных рубежей от возможной агрессии стран НАТО. Безусловно, так.

Созданы дивизии из бригад. Мы знаем Таманскую дивизию, Кантемировскую дивизию… В калининградской области возрождена Московско-Пролетарская дивизия. В Ленинградской области воссозданы дивизии. Но не произошло увеличения войск — произошла структурная перестройка: создан армейский штаб, который более успешно и со знанием дела координирует размещение гарнизонов на опасных направлениях и согласовывает проведение совместных учений, связь, обеспечение современной боевой техникой, обустройство военнослужащих. Боеготовность складывается из многих параметров, в том числе — из того, как страна заботится о своих офицерах и их семьях.

— В связи с так называемым «делом Скрипаля», как мы знаем, не только из ряда стран были высланы дипломаты, но также и 10 офицеров из представительства России при НАТО в Брюсселе. Да и из России высланы военные дипломаты западных стран. А какие каналы связи есть у России и НАТО на случай, если возникает риск какого-то конфликта?

— В НАТО остается 20 наших представителей из 30. В конце концов в Брюсселе в посольстве у России существует военный атташат.

А из Москвы, да, выслан почти весь английский военный атташат. Остался один английский военный атташе и также один американский военный атташе. Политический отдел американского посольства выслан практически весь. В России утверждают, что эти все люди были сотрудниками ЦРУ, АНБ и т.д. — все они разведчики… Хотя в Госдепартаменте утверждают, что они не сотрудники. Можно подумать, что не сотрудники не могут быть разведчиками — наивное заявление для наивных людей.

Есть и Информационное бюро НАТО в Москве, но там сейчас, правда, нет ни одного человека.

Но каналы связи, конечно, существуют. Это и прямая линия с Соединенным Штатами — у нашего Генерального штаба с Комитетом начальников штабов. Есть и у министра обороны нашего с министром обороны США.

 

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.