Украине не выйти на уровень России по одной простой причине — Жан Беленюк

Top-bit

Фото: пресс-служба Министерства молодежи и спорта

ЖАН БЕЛЕНЮК — один из самых титулованных борцов греко-римского стиля в Украине. В интервью «Апострофу» серебряный призер Олимпийских игр, чемпион и призер мировых первенств рассказал о том, как развивается борьба в Украине, с какими проблемами сталкиваются спортсмены и высказал свое мнение о конфликте в связи со сменой главного тренера по греко-римской борьбе.

— Жан, вас часто называют самым титулованным борцом в греко-римском стиле, а вы сами себя таким считаете?

— Правда? (Смеётся) Нет, я себя таким не считаю. У меня еще нет олимпийского золота. Кроме него все есть.

— В прошлом году в поединке за звание чемпиона мира вы проиграли турецкому борцу. Анализировали, что помешало одержать победу?

— Скорее всего, психологически был не на все 100% готов победить. Хотелось, конечно же, показать хороший результат, но простой в два года дал о себе знать. Из-за этого не получилось полностью показать то, на что способен. Но ничего страшного. Сейчас главная цель — поехать на Олимпиаду, там буду стараться выиграть.

— Как готовитесь к чемпионатам мира и Европы в Бухаресте и Астане соответственно?

— Планирую везде ездить и побеждать. Кроме того, в этом году еще и в Киеве пройдет международный турнир. Наш настрой — только золотые медали. Главный упор, конечно же, на Олимпиаду, поэтому все, что будет на пути, больше воспринимается как подготовительный этап.

— Как планируете готовится к Олимпиаде? Какая в принципе сейчас обстановка в сборной?

— У нас, как вы уже знаете, в конце года поменялся тренерский штаб. Пока что ничего сказать не могу. Я знаю их как спортсменов, но какими они будут тренерами — мне не известно. Понимаете, один тренер — это еще не вся команда. Есть еще команда, которую он привлекает вместе с собой к тренировочному процессу — не только главный тренер решает распорядок дня и программу подготовки. С ним приходит еще пять человек и вместе они начинают формировать ключевые позиции по нашей подготовке. Будем надеяться, что новый тренер будет руководствоваться интересами команды и интересами развития борьбы в Украине.

— Правда, что кто-то из борцов планирует бойкотировать тренировки из-за смены руководства?

— Если честно, то не слышал о таком. Собственно, не вижу в этом никакого смысла. Понимаете, тут правда у каждого своя. Борцовское сообщество разбилось на два лагеря — одни против такого решения, другие за.

Я, с одной стороны, не могу выставить какую-то претензию министру, я и так уже многое ему сказал. Но если брать объективно, то сейчас он между двух огней. С одной стороны те борцы, которые поддерживают Артура Петровича [Дзигасова], а с другой — новая команда и люди, которые ее поддерживают.

Как оказалось, у всех вроде бы свои адекватные аргументы. Я был против изменений ввиду того, что очень мало времени остается до Олимпийских игр, а через полгода ещё и лицензионный чемпионат мира. А меняется не только главный тренер, но и вся команда, которая включала в себя таких опытных и высококлассных в прошлом спортсменов как Владимир Шацкий и Армен Варданян.

Неизвестно как это скажется на результатах в будущем.

Поэтому я однозначно стоял на стороне Артура Петровича. Мы с ним много всего прошли, много на каких соревнованиях были, многое показывали вместе. Я не мог его не поддержать или поступить как-то иначе.

— Ми общались с Игорем Ждановым (министр спорта и молодежи Украины, — «Апостроф») относительно этой ситуации, так, вот, он сказал, что год был не достаточно успешным для сборной, поэтому и стал вопрос о смене тренера. А вы как оцениваете прошлый год?

— А что значит не успешный? Были победы, медали…

— Ну, вот, вы, например, получили серебро, а все рассчитывали, что золото будет.

— Возможно, я от министра тоже много на что рассчитывал. Тем не менее, после чемпионата мира он мне лично позвонил, поздравил. И ни слово не сказал о неудачном выступлении.

— А почему в принципе со спортсменами, командой не советуются о том, когда и кого назначать? Такая практика где-то есть в других странах?

— Лично я считаю, что с командой обязательно нужно общаться. Потому что это непосредственно те люди, которые ездят на соревнования и от нас на прямую зависит результат. Нужно интересоваться мнением команды. Но в этом случае никто не интересовался, и это очень неправильно. Но ситуация в целом странная. Даже если бы и посоветовались, мне кажется, мнения все равно разделились бы 50 на 50.

— Да, тот же Жданов нам в интервью сказал, что к нему приходили спортсмены и жаловались на Дзигасова…

— У Игоря Александровича был реально повод уволить Дзигасова, когда не было ни одной медали за год, но он его не уволил. А сейчас, когда год был значительно успешнее предыдущего — поднимает вопрос об отставке и увольняет.

— А почему не было медалей? Вы считаете в этом есть какая-то ошибка тренерского штаба?

— На самом деле, там было очень много факторов.

Во-первых, были изменения в правилах, я даже не отобрался на чемпионат мира тогда. Федерация решила поэкспериментировать и убрать полностью позицию партера принудительного, а люди, не сделавшие ни одного движения на соревновании, поехали на чемпионат мира. Вот это все очень пагубно повлияло на результативность нашего вида спорта. Они поняли, что это была ошибка, изменили свое решение и все стало в этом году на свои места.

Во-вторых, в прошлом году в основном участвовали молодые ребята, у которых, к сожалению, не получилось себя проявить. Вот этот момент нужно было понимать.

Но, как бы там не сложилось, за действительно нерезультативный год Дзигасова никто не увольнял. А в этом году, видимо, все изменилось, хотя медали есть.

— В прошлом году вам запретили участвовать в чемпионате Европы, который проходил в России. По вашему мнению, какой должна быть политика государства в таких вопросах? Учитывая тот факт, что Россия — страна-агрессор.

— Смотрите, вопрос заключается не в том, что Россия — это агрессор. Это понятно и никто ничего не имеет в этом плане против. Вопрос в том, что, когда я узнал, что чемпионат Европы будет проходить в Дагестане, мой первый вопрос заключался в следующем: «А будем ли мы туда ехать? Есть ли смысл полгода тратить на подготовку, чтобы нам потом сказали, мол, ребят, извините, вы зря готовились, никто туда не поедет».

— Это вы за полгода узнали?

— Да, я, как только узнал, сразу же об этом спросил. Но нам ответили — готовьтесь, четыре года все ездили, никаких проблем не было, а в случаете победы — приедете еще героями. И в этой ситуации мнения многих тоже разделились — одни говорят, что нельзя ездить потому, что страна-агрессор, а другие говорят — нужно ехать и наказывать их на их же территории.

— К примеру, как Усик победил Гассиева в Москве?

— Да, примерно так, но он на свои деньги куда угодно может поехать. А тут был именно запрет министерства, они не отправляли нас за свои деньги и не премируют никого. Мнения разделились.

То есть я изначально спрашивал у многих людей, которые имеют отношение к украинскому спорту, о всех возможных последствиях. Меня заверили, что все будет нормально. В итоге, я полгода тренировался, пахал и за месяц до чемпионата Европы мне говорят, что никто и никуда уже не едет. Мне просто жаль своих сил и здоровья, которые я потратил на подготовку к этому чемпионату Европы.

В этом и вопрос, понимаете. Четыре года все ездили и никаких проблем не было, а сейчас опомнились, что Россия — это страна-агрессор. Если бы все происходило последовательно, и они сразу бы запретили все поездки — я, как и другие спортсмены, не задавался бы этими вопросами.

Просто жаль, что проделанный объем работы оказался проделанным зря. Многие чиновники. которые никогда не занимались спортом профессионально, не понимают, что значит полгода готовиться к соревнованиям. Им проще поставить подпись под очередным документом, не задумываясь, как будет спортсмену в физическом и, что еще более весомо, в психологическом плане.

Министр не понимает этих вещей и тяжелее теннисной ракетки, скорей всего, ничего не поднимал. А мы работали, пахали, и когда нам говорят, что ваши все труды были напрасны, то меня это очень возмутило. Любой человек, который бы полгода проработал, а потом ему сказали, что это было зря, расстроился бы и возмутился.

— Как думаете, почему российская сборная по борьбе часто берет первенство на всех возможных чемпионатах, в чем их успех?

— Они просто очень много денег вкладывают в развитие спорта. Даже если посмотреть на их залы, то видно, что туда вкладываются очень большие деньги. У нас, к сожалению, таких возможностей нет.

Также страна само по себе очень большая, с множеством федеративных республик, в которых этот вид спорта является национальным. Там мальчишки с раннего детства занимаются борьбой, поэтому очень большая конкуренция в этом плане. Допустим, по вольной борьбе выиграть чемпионат России иногда сложнее, чем выиграть тот же чемпионат мира. Отсюда и все их результаты.

То есть если ты уже выиграл чемпионат России, то на чемпионате мира можешь спокойно претендовать на первую тройку как минимум. Поэтому их результаты и высокие — очень большая конкуренция внутри страны.

— Что нужно сделать Украине для того, чтобы также развивать этот вид спорта?

— Понимаете, у нас нет таких финансов. Даже если взять просто залы, их стало гораздо меньше по сравнению с тем, когда я начинал заниматься. Многие ребята сейчас ездят тренироваться в Конче-Заспу, там более-менее нормальные условия: есть тренажерный и борцовский залы.

Было бы очень хорошо, чтобы и по городу были возможности так тренироваться. Олимпийский спорт высоких достижений отходит на второй план, уступая место коммерчески выгодным спортзалам, где одни зарабатывают деньги, а другие занимаются своими телами. В обычных залах, которые находятся на балансе города, никто не занимается. Это никому не выгодно.

Сейчас популярны направления в плане фитнеса, кросс-фита. А борьба становится более олдскульным видом спорта. Желающих заниматься борьбой не так уж и много, к сожалению.

— А делается что-то для популяризации борьбы?

— Да, наша федерация всячески пытается привлечь молодежь к этому виду спорта. Проводит детские борцовские лиги. Понимаете, когда ребенок в маленьком возрасте занимается — это одно, а когда вырастает — сталкивается совсем с другими вопросами. К примеру, ему нужно зарабатывать деньги, обеспечивать себя и семью. Это все отпечатывается. Может ты и хочешь заниматься борьбой, но не факт, что заработаешь…

— А у вас официальная ставка, правильно?

— Да, от министерства мы получаем заработную плату.

— И сколько, если не секрет?

— У всех по-разному, в среднем спортсмен моего уровня получает 9 тысяч гривен.

— Это с учетом прибавки за победы?

— Да, базовая ставка — это минимальная заработная плата, насколько я знаю. А дальше идут уже какие-то поощрительные вознаграждения за результат. Плюс, я еще получаю стипендию за Олимпийские игры — 12 тысяч гривен. Вообще она выдается на два года, но так как у меня был результат на чемпионате мира, мне ее продлили еще на год. Вот такая вот арифметика.

— Не миллионы, конечно, но уже что-то.

— Вы это скажите министру, он ответит, что это просто сумасшедшие деньги.

— Главные тренера, насколько я знаю, получают около 2 тысяч долларов.

— Главные тренера получают. И это очень хорошо. Нам обещали. что после повышения главным тренерам и нам повысят. Пока что два года мы находимся в режиме ожидания.

— А тренерский штаб и помощники?

— Насколько я знаю, помощники главного тренера получают ненамного меньше главного тренера. А еще есть тренера, которые работают и делают всю самую черновую работу, если можно так выразиться — те, которые детей тренируют. Вот они как получали немного, так и получают. Повезло только главным тренерам сборных команд.

Очень надеюсь, что эта ситуация поменяется в скором времени, и наш глубокоуважаемый министр обратит внимание на спортсменов и остальных тренеров.

— Какой у вас распорядок дня? Как часто вы тренируетесь?

— Я тренируюсь в зависимости от этапа подготовки.

— Сейчас важный год, предолимпийский.

— Когда у нас сборы и мы готовимся к соревнованиям, то у нас зарядка и две тренировки в день. В промежутках между соревнованиями мы даем себе немножко отдохнуть или восстановиться после травм, например.

— А сколько у вас идет восстановительный процесс?

— Вообще тренируюсь каждый день. Это моя работа, я хочу показать результат, поэтому и делаю все возможное для этого. Понимаю, что если не буду тренироваться, то кто-то другой покажет этот результат вместо меня, а я этого не хочу.

— Вы часто участвуете в разных социальных проектах, встречались с детьми переселенцами, со студентами… Это ваша внутренняя потребность или просто часто зовут на подобные мероприятия?

— Не то, чтобы часто зовут. Но, если у меня есть свободное время, то почему не уделить его тем людям, которые в этом нуждаются.

Я считаю, что это одна из важнейших наших миссий.

— Много болельщиц интересуются вашей личной жизнью, находите и на это время?

— Все в порядке, пусть не переживают. Но я не общаюсь на личные теми, это мой личный секрет (смеется).

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.